English | Русский
география авторов журнала Stratum plus

Заключение. Семёновские курганы

Субботин Л.В., Разумов С.Н., Синика В.С.

>>вернуться к содержанию

Страницы: 163—164


Таким образом, при детальном анализе всего археологического материала из Семёновских курганов нам удалось выделить следующие культурно-хронологические горизонты.
Самым ранним является горизонт усатовской культуры начала раннего бронзового века, к которому относятся пять погребений из трёх курганов. Наиболее интересным является захоронение 11/10 с бусами из морских раковин.
К ямной культурно-исторической общности относятся 52 погребальных комплекса из восьми курганов. Самыми информативными являются захоронения 8/16 и 14/24 с каменными топорами-молотами, 8/13 с кремнёвым топором, 8/8 с носилками в виде «лодки», 14/24 с кремнёвым наконечником стрелы, 2/3 с четырьмя костяками, 14/2 с тремя антропоморфными стелами, 2/2, 8/15, 11/5 и 19/9 с металлическими украшениями, 8/9 и 14/12 с орнаментированными циновками. Совокупность данных позволяет нам отнести основные и, вероятно, впускные с досыпкой захоронения ямной культурно-исторической общности к первой половине III тыс. до н. э., а большую часть впускных погребений — ко второй половине III тыс. до н. э. Такую датировку подтверждают и отдельные предметы погребального инвентаря впускных захоронений: кремнёвый топор из комплекса 8/13 (аналогии в материалах культур шнуровой керамики), сверлёный топор-молот и орнаментированная чаша из комплекса 8/16, половина топора-молота из комплекса 14/12 (аналогии в материалах катакомбных культур). Подавляющее большинство захоронений ямной культурно-исторической общности Семёновских курганов по всем признакам относится к буджакскому типу памятников.
Четыре из шести комплексов катакомбной культурно-исторической общности относятся к ингульской культуре. Наибольший интерес вызывает погребение 14/16, в котором найдены производственный набор «стрелодела» (либо, скорее, его имитация), а также, по-видимому, деревянный лук.
Ещё два захоронения, отнесённых нами к катакомбной культурно-исторической общности (9/1 и 8/21), связаны с позднекатакомбными культурными группами Предкавказья и бассейна Дона. Существующие даты 14С для памятников этих групп укладываются в интервал XXVI—XXI вв. до н. э., и, таким образом, в целом они синхронны основной массе памятников ингульской катакомбной культуры. Очевидно, комплекс Семёновка 8/21, учитывая особенности погребального обряда, следует относить к позднейшим катакомбным памятникам Северо-Западного Причерноморья.
Появление захоронений 8/21 и 8/1 (с крестовидным в плане диоритовым навершием булавы, предварительно отнесено к бабинской культурно-исторической общности) может быть связано с процессом формирования (с участием пришлого населения) местного варианта Днепро-Прутской бабинской культуры.
Четырнадцать погребальных комплексов, впущенных в насыпи пяти курганов, отнесены нами к финалу среднего — позднему бронзовому веку (первая — третья четверти ІІ тыс. до н. э.). Судя по погребальному обряду и по инвентарю, значительную часть этих погребений можно отнести к бабинской культурно-исторической общности (культурный круг Бабино, Днепро-Прутская бабинская культура). Комплекс 8/20 с сероглиняным черпаком относится к сабатиновской культуре и датируется второй — третьей четвертью II тыс. до н. э.
К скифской культуре относятся 20 комплексов, 19 из которых являются захоронениями в ямах и катакомбах, а ещё один — погребальным комплексом-кенотафом.
Погребальные сооружения и ритуал скифских погребений, исследованных у с. Семёновка, находит множество аналогий в Северном Причер номорье. Не отличается ничем и состав сопроводительного инвентаря. Анализ хроноиндикаторов показал, что скифские погребения из семёновских курганов распадаются на три неравнозначные по количеству группы: второй половины V — IV вв. до н. э. (18 захоронений) и III в. до н. э. (два комплекса).
Сарматскими являлись десять погребений. Восемь из них были впущены в курганы эпохи бронзы и были совершены во второй половине I — первой половине II в. Два других захоронения являлись основными и единственными захоронениями, над которыми были возведены насыпи. Эти курганы были сооружены во второй половине II — первой половине III в.
Кроме этого, для двух погребений этнокультурную атрибуцию из-за их сильного разрушения распашкой определить невозможно.
В заключение отметим, что настоящая полная публикация материалов курганов, исследованных у с. Семёновка на правобережье Днестровского лимана, и их детальный анализ по каждому из периодов позволяют уточнить многие вопросы, связанные с изучением культур от эпохи энеолита до сарматского времени в Поднестровье, и сделать более достоверные выводы по сложным проблемам этнокультурного развития региона в древности.



>>вернуться к содержанию